Зачем это всё? Зачем вы этим занимаетесь? Взрослые люди сами могут разобраться со своими проблемами. Если кому-то плохо, то они должны сами позаботиться о том, чтобы им было хорошо.

Это первые вопросы, которые мне задали в одном лесбийском приятельском чате, когда я кратко рассказала о сети взаимопомощи и предложила девушкам поучаствовать в опросе и помочь выбрать название для проекта.

Эти и последующие замечания демонстрируют толерантность к насилию среди людей, выросших в советское и постсоветское время. Это тёмное время популярности поговорок «Бьёт значит любит», «Не выноси сор из избы», «Милые бранятся – только тешатся» и стереотипов «Если не уходит – значит, всё устраивает», «Избили, изнасиловали — сама виновата» и прочее. Мы воспринимаем как норму, когда родители кричат на ребёнка, используют физические наказания, не разговаривают с детьми неделями. Когда один из пары поднимает голос на другого, манипулирует другим (кому-то это даже кажется милым и забавным), преследует ревностью, контролирует, шантажирует, принуждает. Нам кажется естественным, когда мы идём в поликлинику, что на нас там накричат, зададут некорректные вопросы, и иногда мы упрекаем себя за излишнюю чувствительность, когда не можем собраться с духом, чтобы пойти к врачу. И кажется вполне нормальным, что одни школьники травят других, — просто «надо уметь постоять за себя», и дело совсем не в тех, кто травит, и не в тех, кто позволяет этому существовать.

Все эти установки можно кратко выразить в фразе «Насилие – это часть жизни, норма, и мы должны уметь иметь с этим дело». Звучит довольно здраво и подводит нас к необходимости осознанности, разборчивости, силы духа и ответственности за свою судьбу. Однако такая установка не про реального человека, а больше про каких-то титанов, идеальных, суровых, сильных и прекрасных. Когда мы полны ресурса и уверенности в себе, тогда мы готовы иметь дело с любыми негодяями, абьюзерами, хамами, мы готовы им всем дать отпор, оставаясь гордыми и уверенными в себе.

Для обычного человека такая установка лишена всякой пользы, так как она очень абстрактна, слишком далека от реальности, от ситуации, от настоящих переживаний и состояний. Кроме того, она ещё и вредна. Для кого-то она опасна взятием на себя ответственности за поведение других, самообвинениями и депрессивными состояниями. В некоторых ситуациях такая установка позволяет игнорировать психологическое и физиологическое состояние, жизненную ситуацию в целом, и мы легко можем стыдить кого-то за слабость, глупость и непредприимчивость, что в ответ приводит к (само)изоляции тех, кому нужна помощь. Кому-то такая установка может причинить ощутимый вред: когда кто-то пытается справиться с ситуацией самостоятельно, в которой и специалистам трудно было бы разобраться, тогда нервное и физическое истощение может привести к самым недобрым последствиям.

Есть такое понятие, как «культура изнасилования». Оно предполагает, что  изнасилование — обычная вещь, и общественное мнение и средства массовой информации нормализуют, допускают, оправдывают сексуализированное насилие над женщинами. Культура изнасилования обычно выражается в обвинении жертвы,  отрицании распространённости изнасилования и в отказе признавать неблагоприятные последствия сексуализированного насилия. По аналогии с этим говорят также о культуре насилия вообще.

«Справимся вместе» — это сеть взаимопомощи, но это в какой-то степени и исследовательский проект: нам важно изучить различные проявления и последствия культуры насилия в обществе вообще и в сообществе ЛГБТ+ в частности. Зачем? Чтобы найти здравую альтернативу тому, что происходит во многих партнёрских отношениях ЛГБТ+, потому что все из нас достойны и имеют право на счастливую жизнь и возможность быть собой.  

«Справимся вместе» не единственный проект, который направлен на помощь лицам, пострадавшим от насилия. К счастью, сегодня существует достаточное количество кризисных центров, помогающих семьям, женщинам и детям, столкнувшимся с насилием. Существует также несколько кризисных центров для мужчин. Обращаясь с вопросом, могут ли представители ЛГБТ+ сообщества прийти в эти центры за помощью, я получала либо молчание, либо ответы, смысл которых был «мы помогаем семьям, женщинам с детьми, ЛГБТ+ к нам не обращаются». Некоторые кризисные организации выразили готовность помочь персонам из ЛГБТ+ сообщества, оказавшимся в трудной жизненной ситуации, в основном цисгендерным женщинам с детьми, которые в силу обстоятельств остались без жилья и средств к существованию, а также несовершеннолетним. Большинство этих организаций не согласны афишировать свою готовность помогать ЛГБТ+ персонам, и большинство говорят о том, что нуждаются в обучении – информировании о специфике работы с ЛГБТ+ персонами.

Можно отметить, что существуют определённые стереотипные ожидания в отношении ЛГБТ+ партнёрств. Эти ожидания обычно о том, что внутри пар не может быть насилия, так как в гомосексуальных парах, например, партнёры примерно равны в своём статусе и физической силе. Или, напротив, что в основе союзов ЛГБТ+ лежит жёсткое распределение ролей, с доминированием и подчинением и насилие – это нечто само собой разумеющееся. Также это представления, базирующиеся на том, что ЛГБТ+ персоны не имеют детей, не скованы никакими юридическими обязательствами и, следовательно, им ничего не стоит разорвать отношения с актором насилия. Кроме этого, существует стигматизация ЛГБТ+ — это то, о чём не принято говорить.

Всё это приводит к тому, что ЛГБТ+ партнёрства остаются часто в некой «слепой зоне» или «зоне отчуждения» по отношению к той информационной, материальной и профессиональной помощи, остаются не охваченными той замечательной и очень важной работой, которую оказывают кризисные центры и проекты по профилактике и/или борьбе с насилием.

При этом насилие в ЛГБТ+ партнёрствах существует. Результаты исследования, проведённого командой Ресурсного центра для ЛГБТ+ в 2019 г., показали, что самыми распространëнными видами насилия являются физическое (41,4 %), психологическое (55,9 %), сексуальное (57,4 %), информационное (51 %) и неглект (42,7 %). Высокие показатели, в том числе и в крайних формах, проявления насилия в сочетании с низкой информированностью как о насилии в ЛГБТ+ партнёрствах, так и о самих ЛГБТ+ партнёрствах, приводят нас к необходимости создания сети взаимопомощи. 

Автор: Заигрина Ольга, психолог, специально для проекта “Справимся вместе”